Второй круг: Приключения сорокалетних. Глава 309. Старые обиды.
Глава 309. Старые обиды.
Алексеевна сидела перед подъездом одна, когда я подъехал.
— Куда это твоя старуха пропала?
— На Советскую переехала.
— У богатых свои причуды. А что ж, она тебе сказала, что это она Генку до смерти довела?
— Нет, а как же она довела? — улыбаясь, поинтересовался я.
— Ревностью своей!
— Как это, ревностью можно?
— Ко мне ревновала! Он еще тот ходок был!
— Да что вы говорите.
— Ага, мы когда познакомились, он сперва на меня глаз положил, а Клавка отбила.
— А что же вы позволили?
— Я скромная была, да и сейчас в кожах не хожу!
— Каждому свое!
— К тебе вчера твоя подружка приходила, до самого вечера на порожках курила.
— Что же вы ее не проводили?
— А чего мне в чужие дела лезть? Сам-то где был?
— На Советской.
— Приворожила тебя старая ведьма, так и Генку у меня увела! Да только ненадолго это!
Поднявшись к себе на площадку, я заметил банку из-под коктейля с окурками возле двери Клавдии Петровны. На порожках явно кто-то сидел, потому что рядом был сор от обуви. Я подошел к баночке посмотреть, какие сигареты в ней: окурки по виду были похожи на те, что курит Инна.
— Значит, не обманула!
Возле коврика в квартиру соседки было еще что-то рассыпано — белое или желтое.
— Что она здесь делала?
В квартире было без изменений, я взял ноутбук и хотел уже уходить, когда меня посетила мысль перекрыть воду. Нагнувшись, я нашел ту самую помаду, про которую мне говорила Елена Николаевна. Вроде я ее на столе в прихожей оставлял.
Перекрыв воду, я спустился вниз.
Алексеевна проводила меня взглядом и больше в разговор не вступала.
«Вот интересно, уже давно могли бы и забыть свои обиды — молодости все при себе носят», — подумал я, наблюдая, как меня рассматривает соседка.
Вернувшись на Советскую, я бросил все пакеты в гостиной и решил созвониться с Унылым, узнать, какие новости и с чего Инка решила ко мне наведаться.
Унылый был занят, и я расположился в гостиной ожидать звонка Клавдии Петровны.
Интересное дело с вкладами в Австрии, да и вообще мне как-то было непонятно поведение Геннадия Петровича.
Ну хорошо, я понимаю, могло произойти, что он гульнул на сторону. Я даже себе могу представить, что человек, обремененный властью и деньгами, мог решить изменить свою жизнь в корне и связать ее с более молодой пассией, но вклады, о которых не знала жена, говорили, что он вел закулисную игру.
Да и сплетня соседки… Зачем она мне рассказала, что он был ходок? Какая мне разница? Ну, хочет она очернить «подружку», так правильнее было бы мне не рассказывать о нем как о гуляке, а сказать, что он был жертвой хищницы.
Интересно, а кто была эта зазноба?
Я решил включить компьютер и посмотреть в почте бронь отеля в Стамбуле, чтобы поискать в сети разлучницу.
