Второй круг: Приключения сорокалетних. Глава 292. Тинейджер-переросток.
Глава 292. Тинейджер-переросток.
В гардеробной теперь было пусто, вещи Геннадия Петровича отсутствовали. На вешалке висел халат, рядом на полке лежала пижама, я заглянул в ящики: там лежали белье и носки, все было новое.
— Похоже, она серьезно за меня взялась, — улыбнулся я.
Я вышел в гостиную и наполнил бокал.
Как ни странно, меня эта мысль не испугала: раньше я бы уже думал о побеге, а сейчас новость, что Клавдия Петровна имеет на меня серьезные виды, меня не испугала.
— Ложкин, там курьер еду принес из ресторана, забери, пожалуйста, я сейчас, — услышал я ее голос из спальни.
Интересно, что она там скрывает?
Приняв у курьера ужин, я отнес его на кухню, не зная, где здесь принято принимать пищу, и вернулся в гостиную.
— Я мигом все накрою, — проскочила мимо соседка, оставив меня в гостиной.
Обычно я всегда помогал, но по поведению Клавдии Петровны понял, что здесь это не принято.
Я решил дойти до кабинета.
Громадный кабинет был оформлен в колониальном стиле: большой кожаный диван, громадный дубовый стол с массивным креслом, лампа с зеленым абажуром, два кресла перед столом и напольные часы.
Часы стояли. Открыв дверцу, я завел механизм, поднимающий гирю, и поставил текущее время.
Заводить бой я не стал, зная, что спать часы не дадут.
— Они стояли пять лет, — сказала Клавдия Петровна.
Она стояла возле двери, и на глазах ее были слезы.
— Извините, что я похозяйничал, но часы должны ходить.
— Все правильно, жизнь продолжается, извини за слезы!
Я обнял ее за плечи; сейчас в ней чувствовалось, что она в возрасте: горделивая голова втянулась в плечи, и она как будто на глазах вернулась в свой возраст.
— Я сейчас, — сказала она, увидев себя в отражении книжного шкафа, и убежала в свою спальню.
Я вернулся в гостиную.
Зря, наверное, я похозяйничал.
Минут через десять появилась она.
— Все на столе, — сообщила хозяйка.
В столовой за большим столом мы выглядели смешно.
— Вы коньяк продолжите?
— Да, не понимаю я вашего виски.
— Халат подошел?
— И пижама! — я подошел и чмокнул ее в щеку. Клавдия Петровна подставила губы, и я поцеловал ее в них.
— Вы извините за мое самоуправство.
— Нет, нет, вы извините: я долго лелеяла в себе скорбь, потому и состарилась. Вы совершенно правы, вам не нужна старушка в скорби.
— А какая нужна?
— Яркая, харизматичная дама.
— У вас все для этого есть!
— Вы думаете? — соседка начала кокетничать.
— Я не просто думаю, последнее время вы мне это активно демонстрируете!
— Но и мне не нужен тинейджер-переросток!
— Вы опять о моей одежде!
— Да, ну вы сами подумайте, как мы выглядим рядом: мама и сын?
Я поднял на нее глаза, такого откровения от нее точно не ожидал. И самое главное: она уже несколько раз намекала, что мы с ней не просто соседи или любовники, мы — нечто большее.
Я, конечно, этого не разделял, но и огорчать ее не хотел; скорее, я видел нас любовниками, ну и, возможно, бизнес-партнерами.
— Хорошо, хорошо, буду надевать то, что мы с вами приобрели!
Начало повести можете прочитать на сайте автора.
