ВОЙНА ЗА ТЕЛА: Контракт бессмертных. Глава 31. Наследство матушки Ваньжун.
Глава 31. Наследство матушки Ваньжун
Казалось бы, Колун задышит новой жизнью, справедливой и предсказуемой, но было зло, которое не искоренить методами Молнии. Наследство, оставшееся еще от матушки Ваньжун, никуда не делось, и курильни были повсеместно, бороться с ними было бесполезно, на разоренную одну появлялось несколько, и дело было не в них, а в общей бедности и унынии.
Чтобы забыться от жизни, алкоголь не помогал, и те, кто мог себе позволить, забывались в них.
Молния был сперва очень жестко настроен и разорял их беспощадно, но это было бесполезно, тогда он решил, что нужно взять это в свои руки.
Посетители были в основном рабочие из портов, они могли себе позволить, да и как позволить, они тоже в роскоши не купались, но чтобы хоть как-то забыться от каторжного труда и нищеты, которая не оставляла семью, они шли сюда.
Зазывалы обещали золотые горы, на деле у грузчиков и портовых работников оставались гроши, их обирали все: и зазывалы, и бригадиры, и полиция, они были должны всем, приезжая изредка в семью, они видели глаза жен и детей, которым тоже были должны, только здесь они могли забыться и хоть на время отдаться пустоте.
Молния не собирался строить справедливое общество, он прекрасно понимал, что это безумие, но и мириться не мог.
Начал он с зазывал. Схема у них была нехитрая, с нищих брать было нечего, и они брали проценты с будущих заработков, без них устроиться в порту было нереально, бригадиры разговаривали только с ними.
Молния поступил прямо: он отправился к бригадирам в порту и объявил, что теперь работников поставляет он, ясное дело, что ему указали на дверь. Молния не стал спорить, он просто не пустил грузчиков на работу, простояв пару дней и теряя заказы, бригадиры понимали, что завтра к ним не обратятся, и согласились.
Грузчики брали у Молнии кредит, и он обязывался их пристраивать на работу до полной выплаты, дальше хочешь — плати и работай, или можешь сам.
Бригадирам тоже объявил, что он обеспечивает их работниками и в том количестве, в котором им необходимо, они берут только у него, бригадиру объявили его процент, а остальное — грузчикам и Молнии, понятное дело, что возникли конфликты.
Молния был жесток и с конкурентами не разговаривал, он их вырезал. Бригадиру резал процент, он действовал мгновенно и жестоко, и нажил немало врагов среди околопортового криминала, но его глаза-мальчишки всегда держали его в курсе.
Вскоре все грузчики работали на него, и бригадиры перестали сопротивляться, всё было четко, каждый знал, сколько он и кому должен.
Молния не задерживался на одном месте больше двух дней, и конкурентам из портовых банд его поймать было трудно, в случае если они осмеливались, Молния вырезал всю банду.
За портовыми рабочими потянулись перевозчики, их тоже обирали все, кому не по пути, да еще на дороге могли ограбить или украсть груз.
— Процент известный, — объявил он.
Через месяц все перевозчики работали через Молнию, водилы смогли выдохнуть, теперь хоть криминала на дороге не было
