Тени вокруг корабля: Омут в бездну. Глава 31. Внутреннме изменения.
На рецепции стоял Владимир Николаевич.
– Доброе утро, как спалось? – поприветствовал он.
– Хорошо.
– А девушка тут стояла вчера, она где?
– Отдыхает, вечером будет, понравилась?
Вопрос был задан странным тоном, я, чувствуя неловкость, кивнул и вышел.
Лицо у меня горело, я всё отчётливее понимал, что это было, но зачем?
Наверное, мы симпатизировали друг другу, но я с моими проблемами даже не допускал мысли флиртовать, а уж тем более что-то такое.
А она, ей-то зачем?
Ну хорошо, я ей симпатичен, ну чтобы вот так сразу!
Да ну не может быть, не было этого!
Я дошел до Ленинского и, ведомый запахом из хлебного, зашел в кафетерий.
Здесь, конечно, был рай для сладкоежек!
Я взял заварное пирожное, кекс с изюмом и песочное, как в детстве, с розовой глазурью.
– У нас како есть, – предложила мне барышня.
Забавно, в кафетерии восстановили обстановку СССР, стояли три стола высоких без стульев, за которыми нужно было вкушать стоя, и два столика для детей со стульчиками.
Я подошел к свободному столу и поставил картонную белую тарелку с сокровищами детства.
Девушка принесла мне граненный стакан с како.
– У вас тут прям как в детстве, – улыбнулся я.
– Людям нравится, – ответила она и пошла обслуживать следующих.
Я наслаждался вкусом детства, когда в кафетерий ворвались два малыша с мамашами и уселись за детский столик.
Дети начали шумно обсуждать, что они хотят, и, как это у них заведено, криком.
Сердце сжалось, я посмотрел на непрочитанное сообщение дочери.
Мамаши стояли возле витрины и выбирали сладости, обе были в коротких пуховиках, одна была в широких джинсах, вторая…
Перед глазами всплыла картина ночного инцидента.
Почувствовав, что мое состояние меняется, и испугавшись, что это будет заметно окружающим, я отвернулся в окно, такого со мной раньше не наблюдалось.
В подобных ситуациях я спокойно реагировал на образы дам, в чем бы они ни были.
Стараясь думать о чем-то другом, я смотрел в окно, но чувствовал, что меня тянет повернуть голову посмотреть на девушек.
Быстро доев и допив, я пулей вырвался на улицу.
Я закурил, в голове роились мысли, но ни одна не задерживалась надолго, в какой-то момент до меня дошло, что я жду, когда девушки выйдут.
Поняв это, я выбросил окурок и направился в книжный.
Книжный был на верху улицы, почти возле площади Ленина.
Не зная, что мне почитать, я слонялся по магазину без цели.
Детективы мне были не интересны, с моей работой они кажутся глупыми, фантастику я обчитался в детстве, а современная мне не нравилась.
Остановившись возле полки с книгами писателей Орловцев, я взял Тургенева.
